В продолжение затронутой
здесь темы.
"...Она бросила его мне на диван и сказала:
- Вот. Это тот самый, что тебе тетя Мила подарила. Тебе тогда два года исполнилось. Хороший мишка, отличный. Погляди, какой тугой! Живот какой толстый! Ишь как выкатил! Чем не груша? Еще лучше! И покупать не надо! Давай тренируйся сколько душе угодно! Начинай!
И тут ее позвали к телефону, и она вышла в коридор.
А я очень обрадовался, что мама так здорово придумала. И я устроил мишку поудобнее на диване, чтобы мне сподручней было об него тренироваться и развивать силу удара.
Он сидел передо мной такой шоколадный, но здорово облезлый, и у него были разные глаза: один его собственный - желтый стеклянный, а другой большой белый - из пуговицы от наволочки; я даже не помнил, когда он появился. Но это было не важно, потому что мишка довольно весело смотрел на меня своими разными глазами, и он расставил ноги и выпятил мне навстречу живот, а обе руки поднял кверху, как будто шутил, что вот он уже заранее сдается...
И я вот так посмотрел на него и вдруг вспомнил, как давным-давно я с этим мишкой ни на минуту не расставался, повсюду таскал его за собой, и нянькал его, и сажал его за стол рядом с собой обедать, и кормил его с ложки манной кашей, и у него такая забавная мордочка становилась, когда я его чем-нибудь перемазывал, хоть той же кашей или вареньем, такая забавная милая мордочка становилась у него тогда, прямо как живая, и я его спать с собой укладывал, и укачивал его, как маленького братишку, и шептал ему разные сказки прямо в его бархатные тверденькие ушки, и я его любил тогда, любил всей душой, я за него тогда жизнь бы отдал. И вот он сидит сейчас на диване, мой бывший самый лучший друг, настоящий друг детства. Вот он сидит, смеется разными глазами, а я хочу тренировать об него силу удара...
- Ты что, - сказала мама, она уже вернулась из коридора. - Что с тобой?
А я не знал, что со мной, я долго молчал и отвернулся от мамы, чтобы она по голосу или по губам не догадалась, что со мной, и я задрал голову к потолку, чтобы слезы вкатились обратно, и потом, когда я скрепился немного, я сказал:
- Ты о чем, мама? Со мной ничего... Просто я раздумал. Просто я никогда не буду боксером."
Виктор Драгунский, "Друг детства"
P.S. И дело не только в такой, вроде бы совершенно "детской", ситуации... Во взрослом возрасте такое тоже может случиться в любой момент, и с кем или чем угодно... Но вот что интересно. Встречи с точно такими же ощущениями могут произойти, когда ты увлечен каким-то делом, и вдруг, - в процессе его совершения, - опять же
встречаешься, или начинаешь взаимодействовать, с таким вот "объектом прошлого" - с которым было связано много чего хорошего... А тут тебе вдруг понадобилось забить гвоздь в доску, которая когда-то была частью твоей детской кроватки. Или ты сел почитать рабочий материал на лавочку в сквере где, оказывается, на был "сто лет", и где эти самые сто лет назад переживал счастливейшие мгновения своей жизни... Так перед нами снова встает то, от чего мы ушли - возможно, давно, а может относительно недавно, со всеми своими уважительными на то причинами, т.н. важными делами... И мы действительно ощущаем/понимаем, что сделали много важного и полезного... И все же, вдруг, "ни с того, ни с сего", снова и вновь встречаем, обнаруживаем в окружении, обстановке... в вещах, в людях, -
что-то такое... перед чем становится как-то неожиданно неловко... Растерянно. А то и вовсе, может оказаться, - совестно.
Иногда вообще бывает, что словно пытаешься что-то вспомнить.
© Иван Озаров, bay-in-the-wind.com
На самом деле
увлеченность действием вызывает ощущение
важности. Поэтому так важно вовремя остановиться, не перегнуть палку.
© Иван Озаров, bay-in-the-wind.com
Чтобы при таких встречах не испытывать подобных чувств.
© Иван Озаров, bay-in-the-wind.com
